Бабкино наследство - Страница 2


К оглавлению

2

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

После прощания с моей бабулей, все её немногочисленные соседушки разного возраста сидели во дворе за столом и вспоминали её добрым словом. Некоторые истории были очень забавными и поучительными. Как-нибудь расскажу. А, заодно они обсуждали недавние события, происходящие в нашей деревне, ну и во всём мире, конечно.

— Да, бабоньки, приходили ко мне опять эти двое, ногами топали, — сказала одна из них.

— Это те два стриженных бобика с золотыми цепями на бычьих шеях? Так они не кусаются, — сказала другая.

— `Ещё, как кусаются! Два пожара за последнюю неделю вам ни о чём не говорят? — сказала первая, — Васенька, а у тебя ещё не были упыри эти? — я отрицательно помотал головой, — Варвара их на порог не пускала. Да и боялись они её, как огня. Знала она какое-то слово заветное. Ты разобрался уже в ейном «хозяйстве»? Может, найдёшь какую травку у Варвары?

— Ты, что, это Матрёна задумала? — всплеснула руками вторая бабка, — уголовный кодекс нарушить хочешь?

— Почему сразу нарушить? — сделала «брови домиком» Матрёна, — я просто хотела предложить почистить им кишечник немножко, ну или мозги, если они у них есть, конечно. Это же уголовно не наказуемо?

— Ты, что, на обед их пригласить хочешь? — сказала третья соседка, — Ну тогда понятно! С твоей стряпнёй ни один желудок не выдержит, — все засмеялись, а Матрёна обиделась. — Ой, девочки, а слыхали, чо в Ливии-то твориться? Ужас просто! — как ни в чём не бывало, продолжала эта соседка, и разговор переключился на мировые проблемы.

Когда все разошлись, я вернулся в дом, осмотрелся. За стеклом в буфете стояли надписанные баночки разных размеров. Я взял одну из них. «Черная Вдова» сушеная, гласила надпись. Я взял другую: «Сколопендра Гималайская» бальзамированная. Хм… Что это? Откуда это все у деревенской знахарки?

Всё это надо осмыслить. Буду рассуждать логически. Почему я этого не замечал раньше?

Я начал вспоминать детство. Ласковые руки бабушки, ее тихий, что-то нежно шепчущий голос… Стоп. Шепчущий! Точно! ЗаговОр! А эти бесконечные отвары, микстуры, настойки, экстракты и порошочки! Многое теперь в бабулином поведении становилось понятным. Да, но обычные деревенские колдуньи не сушат пауков, ящериц и прочую гадость. Сдается мне, что я еще очень многое узнаю о нашей семье. Я представил себе мою бабулю, верхом на метле, летящую на Лысую гору. Интересно, где эта метла? И какое волшебное слово надо сказать, что бы она полетела? А права на управление метлой нужны? И кто их выдает? Так значит, все женщины нашего рода водили дружбу с нечистой силой? Сколько вопросов, на которые пока, что нет ответов. Да, бабуля, не вовремя ты меня оставила.

* * *

Я отправился в сарайчик — лабораторию, что — бы оценить размеры наследства и подумать, что мне со всем этим делать. Сарай встретил меня тишиной и запахами сушеных трав. По стенам располагались полки с баночками, скляночками и коробочками. Я взял одну из баночек, открыл и собрался понюхать.

— Я бы не советовал тебе этого делать, — услышал я голос из самого темного угла. Я не из трусливого десятка, но от неожиданности, чуть не упал. Я вгляделся в полумрак, царящий в сарайчике, и заметил маленького взлохмаченного человечка, с бородой, в вышитой косоворотке и лаптях.

— Почему? — глупо спросил я.

— Ну, потому, что ты покроешься сыпью и будешь чихать непрерывно в течение трех дней.

Я быстро закрыл баночку и поставил ее на место.

— А Вы, собственно, кто? — Опять задал я дурацкий вопрос.

— А ты как думаешь?

— Не вежливо отвечать вопросом на вопрос.

— Ишь ты! Домовой я, дом оберегаю от лиха разного. Еремой меня зовут. И давай уже на «ты», к чему все эти церемонии?

— А меня — Василий. Скажите, а домовые бывают женского пола? — спросил я и сам оторопел от своей наглости.

— А ты думаешь — мы почкованием размножаемся? Самогон будешь? — спросил Ерема, извлекая, откуда — то огромную бутыль с мутной белесой жидкостью, — за знакомство?

— Почему сразу самогон — то? — испугался я.

— На брудершафт с тобой выпить! Да в щечку твою белую тебя поцеловать! — улыбнулся он. Я мысленно зажмурился. Целоваться с малознакомым, бородатым мужиком… мне не очень хотелось.

— Но я не пью самогон, может мм… наливочка найдется? — я огляделся в поисках оной.

— Будешь называть меня на «Ты», найдется и наливочка, — Ерема взял из шкафчика одну из бутылочек. Надеюсь в ней-то, о чем он говорит.

— Хорошо, тогда ты не будешь целоваться, ну, в крайнем случае, побреешься перед этим, — я решил довериться судьбе.

Он засмеялся, продемонстрировав при этом, почти все свои белоснежные зубы, я даже позавидовал.

— Пойдем-ка лучше выпьем чайку с сушками и поговорим. Нам с тобой есть о чем поговорить. Ставь самовар, — сказал Ерема и исчез.

Слава Богу, самовар у бабули был электрический. Так, что минут через пять мы с Еремой уже пили чай.

Проговорили мы до глубокой ночи. В основном он отвечал на мои расспросы. Так, что перед тем, как уснуть я усвоил, что кикиморы бывают озерные и болотные, лешие на зиму впадают в спячку, а Баба Яга перебралась в параллельный мир.

* * *

Итак, я стал волшебником, колдуном, магом, называйте меня, как хотите. Что дальше? Чем, вообще, занимаются волшебники? Спасают мир? Но от чего или от кого? И, что, собственно говоря, мне теперь делать? Лечить чирьи и бородавки? А может быть, судьба припасла для меня, какую-нибудь героическую миссию? Где моя волшебная палочка? Или я колдую силой мысли? А может заклинаниями? Где их взять и, как их выучить? Столько вопросов, где же взять на них ответы? Ерема! Вот кто ответит на все мои вопросы!

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

2